Что происходит в Гамбии?

Сегодня многие из новостей узнали о существовании такой страны — Гамбии. Речь в сообщении шла о том, что войска соседнего Сенегала вверглись в страну, чтобы обеспечить приход к власти избранного на демократических выборах нового президента, Адама Барроу. Этот репортаж, сделанный мной для журнала GEO, расскажет вам о том, на что похожа жизнь в Гамбии.

Разноцветная людская толпа в аэропорту Банжула, столицы Гамбии, шумит, танцует, колышется, обтекает стоящих в очереди на паспортный контроль иностранцев, обдавая ароматами пряных духов. Тертые джинсы и цветастые юбки, строгие серые костюмы и традиционные мужские длиннополые рубахи, разноцветные женские платки и хиджабы — зал прилета больше похож на карнавальную площадь.

Шестнадцать часов назад в московском аэропорту в ответ на удивленную улыбку миловидной блондинки на стойке регистрации — «Гамбия? Это где?» — я выдал все то немногое, что успел прочесть об этой стране: «Самое маленькое государство на материковой части Африки. Бывшая английская колония, а с 2015 года — исламская республика».

Позади перелет сначала до Брюсселя, потом до Дакара, столицы Сенегала, и уже оттуда — до Банжула. И вот настала моя очередь удивляться: приплясывающая жизнерадостная толпа камня на камне не оставляет от стереотипных представлений об исламском государстве. Увидев мое лицо, наш гид Маму подхватывает багаж и невозмутимо произносит: «Ощутите Гамбию!» Как вскоре выяснится, это универсальный ответ гамбийцев на все недоуменные взгляды и вопросы.

На мелкомасштабных географических картах Африки Гамбию обозначают цифрой со сноской. Полоска земли шириной 25 километров, тянущаяся от Атлантики в глубь континента на 400 километров, похожа на булавку, проткнувшую Сенегал. Но вдоль этой «булавки» течет река Гамбия, по которой в свое время европейцы вывезли больше трех миллионов рабов. Здешние места были лакомым кусочком и для португальцев, «открывших» Гамбию в XV веке, и для курляндцев, построивших в середине XVII века в устье реки форт — перевалочную базу торговцев рабами, золотом и слоновой костью, и для англичан, сделавших Гамбию своей колонией.


В Гамбии два объекта всемирного наследния ЮНЕСКО: руины форта работорговцев на острове Кунта-Кинта, и местный Стоунхедж — Сенегамбийские мегалиты.

Независимость от британской короны Гамбия обрела лишь в 1965 году. Государственный язык по-прежнему английский, но в ходу и наречия местных племен мандинка, фульбе, волоф, диола, сонинке. Главные статьи дохода Гамбии — экспорт арахиса и туризм. Песчаные пляжи, теплые воды Атлантики и прибрежные отели в окрестностях Серекунды, крупнейшего города страны, привлекают в Гамбию все больше путешественников — в основном из Великобритании, Нидерландов, Бельгии и скандинавских стран. Но настоящая Гамбия, конечно, начинается за пределами фешенебельных курортов.


Главный туристический козырь Гамбии — малолюдные песчаные пляжи и теплый Атлантический океан

Голландка Каролина приехала в Гамбию по любви. Ее темнокожий муж много лет проработал в стране гидом, завел хорошие связи и купил за бесценок участок земли на берегу реки Гамбия в часе езды от столичного Банжула. Теперь в управлении семейной пары уютный мини-отель. На оранжевых стенах круглых каменных бунгало с крышами из пальмовых листьев — названия различных гамбийский племен. «Интернет? А зачем вам здесь интернет? Лучше ощутите Гамбию!» — Каролина смеется и широким жестом обводит берег реки.

Среди мангровых зарослей в иле, обнажившемся из-за отлива, копошатся крабы и илистые прыгуны.

С пальмовых ветвей смотрят гигантские желтые птицы (на территории страны обитают 540 видов пернатых, каждую осень на местный фестиваль птиц съезжаются любители природы со всего мира), в лесах по берегам Гамбии можно увидеть обезьян, а в самой реке — множество бегемотов.

«Только не вздумайте им ничего бросать, а то ощущения от Гамбии могут стать прискорбными, — предупреждает лодочник Ламме из народности волоф. — Как-то один из туристов кинул в бегемота лимон. Бегемот затаил обиду, и когда в следующий раз эта же лодка появилась на реке, атаковал ее. Погибли восемь человек. А лодку пришлось списать на берег».

Тесная китайская «маршрутка» скачет по разбитой грунтовке, которая ведет в деревню Джи Кунда. Пассажиры то и дело бьются головой о потолок, обтяну тый серым дерматином, но никто и не думает роптать. «Ощутите Гамбию», — улыбаются попутчики. Взаимная доброжелательность в Гамбии — нечто само собой разумеющееся. Страну называют «улыбчивым берегом Африки». Даже когда водитель нашей маршрутки помял борт таксомотору, водитель которого менял колесо прямо посреди дороги, оба участника ДТП лишь приветливо помахали друг другу руками. Я уже знаю, что сейчас скажет наш гид, поэтому опережаю его: «Маму, а в чем секрет такого дружелю бия гамбийцев?» Маму знает точный ответ: «Шутливые отношения».

В Гамбии ко всему относятся с юмором. А если кто-то тебя, к примеру, обманет или станет жульничать? «Тогда над ним можно подшутить зло, — пожимает плечами Маму. — Вот недавно в одно племя, живущее в глухой деревне, приехали торговцы мобильными телефонами и начали продавать их по частям, по тройной цене. Отдельно корпус, батарею и заднюю крышку. Через месяц обман раскрылся. Но никто не стал убивать мошенников, когда они снова приехали в деревню. Наоборот, угостили их сытным обедом и поинтересовались, вкусное ли было угощение. А когда торговцы закивали, гостеприимные хозяева с улыбкой поведали, что те только что съели осла! Торговцы-мусуль мане,которым такая еда непозволительна, поспешили в кусты. И с тех пор больше не дурят сельчан».

Чувство юмора помогает гамбийцам не только мирно решать конфликты, но и вы живать в условиях тотальной нищеты.

Нджеме, сорокалетняя жительница деревни Джи Кунда, рассказывает о своей семье, относящейся по местным меркам к среднему классу. У ее мужа четыре жены и полтора десятка детей. Дети постарше — в удивительно чистой одежде.

Малыши, едва умеющие ходить, носят на поясе лишь кожаные амулеты джуджу, которые защищают их от болезней и сглаза. В Джи Кунда, как и в других гамбийских деревнях, нет ни электричества, ни газа, ни канализации. Воду для питья набирают из глубоких колодцев.

Вместо холодильника — глубокий глиняный кувшин.

Еду готовят на углях, используя, как и сотни лет назад, примитивный очаг.

Стены хижины, в которой живет большое семейство Нджеме, сложены из грубых самодельных кирпичей, щели замазаны глиной.

В изголовье железной кровати — разноцветные флаконы с косметикой, на цветастом покрывале лежит включенный планшет.

Четвертая жена кормит ребенка грудью. В соседней комнате под москитной сеткой спит еще один младенец.

Во дворе сидят старики и женщины.

Мужчин не видно — они либо работают на арахисовых полях, либо предаются раздумьям о жизни, часами лежа в гамаках. Средний доход гамбийцев невелик — около 50 евро в месяц, поэтому поводов для «рефлексии» хватает.

Местная поговорка гласит: Если мужчина лежит без движений часами, это не значит что он спит или отдыхает. Он думает!

И если вы решите, что жизнь гамбийского многоженца беззаботна, то это совсем не так. Стать мужчиной тут сложнее, чем где-нибудь в Европе. Обряд инициации — неотъемлемая часть местной культуры. Двенадцатилетних подростков отцы отводят в лес, где их ждет обрезание и долгое обучение. Мальчики сами добывают еду, охотятся на змей, кроликов и птиц, спят на земле — в общем, выживают под присмотром старейшин на протяжении нескольких месяцев. Инициация условно добровольная, но тот, кто от нее откажется, потеряет уважение соплеменников.

Ржавый колесный диск, подвешенный на веревках, — самодельная рында, звук которой объявляет, что в школе по соседству начинается урок английского.

В двух небольших комнатах плечом к плечу за узенькими партами сидят по 50 учеников и учениц. Школу посещают почти две сотни детей из семи окрестных деревень, поэтому обучение идет в две смены. В свободное время школьники помогают подителям по хозяйству или на сборе арахиса.


Английский — государственный язык Гамбии, поэтому его изучают уже в младших классах. Для туристов это означает возможность всегда найти общий язык.

В крошечной землянке по соседству в уголке стоит серебристый кассетный магнитофон с погнутой антенной. От ее конца куда-то вверх уходит медный проводок, усиливающий сигнал. Из трескучего динамика доносится слащавая «попса». Крутящееся в перевернутой велосипедной раме заднее колесо приводит в действие примитивные кузнечные меха. 60-летний Аладжи Кендо сколько себя помнит занимается ремонтом сельскохозяйственных инструментов и мастерит украшения. «Россия? — переспрашивает старик. — Путин!» И жизнерадостно смеется беззубым ртом.


С интернетом в Гамбии неважно, поэтому главная доска объявлений — ствол гигантского баобаба, называемого «интернет-деревом».

Главная историческая достопримечательность Гамбии — расположенные неподалеку от городка Вассу древние каменные столбы. На шее худощавого старика в широкой соломенной шляпе — кулон с надписью «Король камней». Вот уже четверть века Стоунмен, как зовут его все в округе, присматривает за мегалитами, которые установлены кольцами в VII–XII веках на местах захоронений.

Всего на границе Сенегала и Гамбии около тысячи таких кругов. «Стоунхендж, египетские пирамиды, каменные круги Гамбии — части единого целого», — уверяет старик. С ним согласно не только правительство страны (круги изображены на купюре в 50 даласи, эквивалент 75 рублей), но и ЮНЕСКО: в 2006 году сенегамбийские мегалиты внесены в список объектов Всемирного наследия.

Городская жизнь в Гамбии отличается от сельской лишь своим размахом, но не смыслом.

Хаотично движение на широких улицах Банжула. Складывается ощущение, что все автомобили после смерти попадают в Гамбию , где ездят еще лет двадцать.

Почти весь поток машин состоит из такси — «мерседесов» выпуска 1980-х. Собственный автомобиль для большинства гамбийцев — недостижимая роскошь. Асфальт — только на центральных магистралях. Занесенные красной глиняной пылью улицы рассечены на дворы — в них, как и в деревнях, живут семьями. Для зажиточных горожан четыре жены — норма.


Компаунды Серекунды


Гамбийские дети очень дружелюбны — как и их родители

В одном из таких дворов 65-летний старик Джоф просит сфотографировать его с внучкой: «Боюсь, мне недолго осталось, пусть хоть снимок сохранится».


Стариками в Гамбии считают тех, кто дожил до шестидесяти. Это средняя продолжительность жизни в стране.


Дети в компаундах не избалованы сладостями, поэтому берут их с большой охотой

Один из проемов, ведущих из двора в жилые помещения, завешен цветастыми тряпками. За ним темная комната, в которой на полу сидит в застывшей позе человек, перебирающий правой рукой черные деревянные четки.

Перед ним лежат перевернутые текстом вниз бумажные листки с арабской вязью. Это марабу — духовный лидер клана, знаток Корана, лекарь и немного колдун. Именно к нему все идут со своими проблемами — от духовных до медицинских. Марабу смотрит, не моргая и не улыбаясь: белый человек пришел к нему без вопроса, поэтому говорить не о чем.

Сквозь пыльные стеклянные жалюзи в небольшую комнату просачивается влажный воздух, который неспешно разгоняют черные лопасти вентиляторов на потолке. Демба Балде, главный по музеям и монументам в Гамбии, с гордостью демонстрирует экспонаты Национального музея: костюмы для танцоров агугу — «охотящихся дьяволов», коллекцию барабанов племени волоф и пожелтевший номер газеты «Дейли Обсервер» от 25 июля 1994 года.

На ее первой полосе — фотография 29-летнего лейтенанта Яйя Джамме. Взгляд его устремлен куда-то вдаль. Накануне, 24 июля 1994-го, он с группой военных бескровно захватил власть и правит страной по сей день. Джамме запретил браки несовершеннолетних и женское обрезание — и пообещал «отрезать головы» всем геям и лесбиянкам, которых обнаружат в стране. Создал фонд, оплачивающий учебу неимущим студентам. Организовал охоту на колдунов, сочтя их виновными в смерти своей тети. Объявил Гамбию исламской республикой, но не стал вводить ни запрета на другие верования, ни строгого «дресс-кода». И готов служить своему народу «миллион лет, если на то будет воля Аллаха». Ощутите Гамбию!

Неприметное двухэтажное розовое здание похоже на высокую коробку. Темный лестничный пролет, на ступенях стоят розовые и красные тазики. Пробираемся сквозь узкую дверь в квартиру… и оказываемся на главной государственной радиостанции Гамбии. Оказывается, по утрам наш Маму работает тут ведущим.

Самодельная звукоизоляция, микшерский пульт и пара японских микрофонов. В один из них что-то увлеченно тараторит миловидная девушка с косичками на голове. Внезапно лампочка под потолком гаснет, тут же отключаются и компьютеры. Запись эфира прервана. «Ощутите Гамбию», — в очередной раз спокойно комментирует Маму. Отключение электроэнергии — не редкость даже в столице. Через несколько минут где-то начинает приглушенно тарахтеть генератор, в студии вновь зажигается свет, оживают компьютеры — можно работать дальше.

«Нам нужен «Аэрофлот», прямые рейсы из Москвы или Санкт-Петербурга», — глаза министра туризма и культуры Бенджамина Робертса сверкают, слова звучат убедительно, особенно в сочетании с темным костюмом и галстуком, по расцветке напоминающим георгиевскую ленту.

Ему вторит и Ламин Манга, в прошлом самый известный журналист страны, а ныне почетный консул России в Гамбии: «Мы открыты для российских инвесторов, готовы выделять землю и давать преференции под туристические проекты». На его лице — искренняя улыбка.

****

А теперь — еще некоторое количество фотографий Гамбии с подписями:


Уличный ларек. На фаст-фуд в день представители среднего класса тратят не более доллара в день, но в эти деньги укладывается и завтрак, и обед.


Одно из популярных развлечений для туристов — «зоопарк», в котором можно потрогать живых крокодилов


Живописный рынок «Альберт-Маркет» — отличное место, чтобы ощутить местный колорит и купить все необходимое для приготовления беначина


Покупатели на рынке «Альберт-Маркет»


Альберт-Маркет


Детские коляски непопулярны — только примитивные слинги


Гамбийцы много внимания уделяют спорту, но спортивные велосипеды все же большая редкость


Полицейский инспектор в порту Банжула


Чтобы попасть на другой берег реки Гамбия в северную часть страны, придется воспользоваться перегруженным паромом


Торговцы поделками


12-ти струнная кора — национальный музыкальный инструмент.


Вечерами на пляжах полно футболистов


Деревушка Танджи знаменита своим рыбацким промыслом

 


Свежая рыба из Атлантики — гамбийский специалитет. Увидеть своими глазами, как улов перегружают из красиво разукрашенных лодок  на берег, пообщаться с рыбаками, изучить процесс копчения рыбы — настоящее приключение!


Все лодки — самодельные. Краску на них обновляют регулярно, так как она быстро облупляется на жгучем солнце.


Каждая лодка имеет имя и индивидуальный набор украшений


После тяжелой смены рыбаки отдыхают в тени за косячком


Часть пойманной рыбы коптят и сушат прямо здесь. По словам местных бизнесменов, часть сушеной рыбы отправляют даже… в Россию.

Оригинал этого материала читайте в январском номере журнала GEO

А вы что думаете на эту тему? Делитесь мнением!

Добавить комментарий